Zavorogeniy (Spellbound)

Я живу, как живет одуванчик, То серебрянный, то золотой. И ложусь на бессоный диванчик , Слышу сговор звезды со звездой. Тем цветком на земле хорошо быть, Человеком не хочется быть. Чтоб в отечестве дыры не штопать , Божий образ в себе не забыть. Потому, что он несколько жизней Проживает в единственный срок. Ты его легкомыслья не высмей, Он цветет вдоль проезжих дорог. Говорят, что он знает и слышит То, что чувствуют Моцарт и Бах. Светлым соком горча на губах, У того,  кто сломает и слижет. Повинуется Божьим законам И не губит себя и других. Как поэт, на просторе зеленом Он пред солнышком ясен и тих. Норовишь через пропасти прыгать - Так не ври хоть себе самому. Коротка и случайна, как прихоть, Наша жизнь, где не место уму. Ну, а мы называемся "люди" И хотим человеческих прав. Знать не зная ни страсти, ни люти, Он всего лишь трава среди трав. Только как ты его не напутствуй, Он вс...

С муравьиной землею и с небом высоким, С золотыми цветами в тени облаков. Слиться с листьями леса, с растительным соком, И не страшно душе - хорошо и легко. Чтобы мысли бродили, как бродит вино, В моем теплом, усталом, задумчивом теле. Так лежать без движений, без жажды, без цели, Это самое лучшее, что мне дано. Как я рад, как печально и горестно рад я, Что могу хоть на миг отдохнуть от себя. Полежать на траве с нераскрытой тетрадкой, Все, что вижу вокруг, беспредельно любя. То трава, или хвои целительный мед, Или в небо роса испарилась лесная. Я хмелею от запахов нежных, не зная , Я блаженствую молча. Никто не придет . Солнце лоб мой печет, моя грудь сожжена, Отдыхает пчела на моем подбородке. Я лежу, изнемогший, счастливый и кротий, И опять - тишина, тишина, тишина.

Ла-ла-ла-ла Ла-ла-ла-ла Вечер наступает, В чат выходят люди. На ночь чистить браузер Никогда не будем. Реклама макаронов, И женских пантолов, Лари и Сирожа В чат заходят тоже. Ла-ла-ла-ла Да-да-да-да Садитесь за компьютер По удобнее, детки. Вам расскажут сказку Как выжить в интернете. Жить хотят вахтеры, Певцы и  микрофоны, Лари и Сирожа Кушать хотят тоже. Да-да-да-да Ла-ла-ла-ла Цей твір , автор якого — Krill Prilutskiy , ліцензовано за ліцензією Creative Commons Із зазначенням автора - Розповсюдження на тих самих умовах 4.0 Міжнародна .

Не дурень? Сам собі міркуй. А втім, як знаєш, пане-брате, Ти на громаду, хоч наплюй, Вона- капуста головата! Гарненько Богу помолись, В дулевену себе закуй, Нічого, друже, не журись! Аж до погибелі дійшов, Тому що пари не знайшов. Хоч я по їй і одинокий, А все таки її люблю, Мою Україну широку! А за що, їй богу, не знаю, Я смерть із степу виглядаю. Отак-то я тепер терплю, Захода сонця дожидаю, Неначе лютая змія, Розтоптана в степу здихає. Чи мати богу не молилась, Ци доля так оце зробила, Як понесла мене! Що я -  Тепер а далекій стороні Шукаю смерті уночі. От я за це і пропадаю, А більш нічого я не знаю. На чорнім воронім коні, З своєю волею, мені Верзеться, грішному, усатий Старий козак. Пишу собі, щоб не мінять Часа святого так на так, Бо хоч застаріюсь проте, А ще не знаю, що роблю. За що я Вкраїну люблю? Чи варт вона огня святого? Для кого я пишу, для чого? Хоч слово мудре, щоб я знаю, Хоть хто-н...

Я знаю, где живёт она, Девчушка рыжая- шальная. От улыбки её возвращается жизнь, Посмотрю я в глаза твои молча... Прилетел я к тебе с того света, Я вернулся домой, до рассвета. Словами трудно описать, передать Эти странные мысли, И пары слов не срифмовать, Вот так поэт! Писака, клоун, пустозвон... Все бред. А в голове лишь образ твой я вижу, Такой сияющий и чистый. И проклинаю сам себя, Своё нутро; за трусость, за робость, за все! Пой мне и дальше, Я слышу, я верю и жду, В глазах твоих карих безмолвно тону. Надеюсь, ты это чувствуешь тоже,  Все 22 строки- мурашками по коже, Ведь в мире 2 сердца, реально похожи. Я горел в огне, ты же пела мне. Будто в какой-то бредовые игре, Во сне, а может наяву, Я тебя отыщу и больше не отпущу. Душу мою вылечила ты, Пусть забудутся серые дни, Мы больше не одни! Просто быть с тобою вместе, Плыть с тобой рядом, Это- лучшая награда, И мне других не надо, не н...

Мы не находим нужного вопроса, А ставим  все каверзней ответ. В рожденьи смерть поглядывает косо, А гениальный всплеск похож на бред. За трон не рвал я глотку, Но в их глазах - я убивал соперника по трону. Я наплевал на датскую  корону, Я Гамлет, я насилье презирал. С кем я лег в одну и ту же землю, С тем я себя убийством уравнял. Офелия! Я тленья не приемлю, А мой подъем пред смертью - есть провал. Я не сумел от мести отказаться, И, как они, я пролил кровь, как все. Едва застыв он начал расползаться, В непрочный сплав меня спалили дни. От вычурного этого вопроса, Отсеивая призрачный ответ, В него мы стрелы мечет - в сито просо, И вечно, вечно плещет море бед... Как над неразрешимою диллемой, Я бился над словами "быть- не быть". Нить Ариадны оказалась схемой, С друзьями детсва перетерлась нить. Когда повсюду лишь опровереженья, То толка нет от мыслей и наук. Все постигал - недвижность и движ...

На узких перекрестках мирозданья, На хрукпих переправах и мостах, Чтоб встретиться - со вздохом на устах, И вечностью дышать в одно дыханье. Их голосам дано сливаться в такт, И душам их дано бродить в цветах. Знать и не жил,  И не дышал ты , Если не любил. Он ног сбивал,  И мертвых воскрешал, Свежий ветер избранных пьянил. Погибшим от невиданной любви, Поставим в изголовие мы свечи. И этот счет замешан на крови, Но счет ведут молва и пустословье. И многих, захлебнувшихся любовью Не докричишься - сколько не зови. Я люблю, а значит - я живу! Я дышу, и значит - я люблю! Пусть поют во сне и на наяву - Я поля влюбленным постелю!.. Чтоб сохранить волшебную Невидимую нить, Которую меж ними протянули. Чтобы не дать порвать - любой ценой, И жизнью бы рискнули, Они уже согласны заплатить, И вспять безумцев не поворотить. Лишит покоя, отдыха и сна, Потребует разлук и расстояний, Все строже станет спрашивать она С тех рыца...